Информация

Сейчас комитет перешагнул рубеж своего десятилетия. Предлагаем вашему вниманию интервью с его предсдедателем Леонидом СИРОТКИНЫМ.
- Какое достижение в деятельности комитета за 10 лет вы считаете главным?
- Раньше думали только о производстве, и загрязнять воздух, воду можно было бесконтрольно. Бесплатно. Когда ввели платежи за загрязнение окружающей среды, причем предприятия платили из прибыли, стали считать деньги.
- И это изменило ситуацию?
- Изменило. За последние годы ряд предприятий снизил объемы загрязнений, например 'Этна', где введена в эксплуатацию станция нейтрализации промышленных стоков. Подобных примеров по области много. Таким образом, вышедший в 1991 году закон об охране окружающей среды стал механизмом платного природопользования. Комитет также выпустил в свет и бесплатно раздал по школам методические пособия для экологического образования и воспитания детей. За время нашей работы мы создали иную концепцию лесоустройства, согласно которой на первый план выходит сохранение лесных богатств, а не объемы древесины.
- Что изменилось в отношениях между министерствами и ведомствами в деле охраны окружающей среды?
- Постановление ЦК и Совмина 'О коренном улучшении охраны природы' (тогда еще в СССР), вышедшее в 1988 году и предусматривавшее изъятие контрольных функций у Министерств и ведомств, до конца не было реализовано. Многие ведомства контрольные функции за собой оставили. Сейчас самостоятельны рыбоохрана, служба лесного хозяйства и министерство природных ресурсов. Минсельхозпрод контролирует охоту. Была попытка создать экологоресурсный блок, объединяющий эти ведомства в подчинении вице-премьера, который был одновременно министром охраны окружающей среды. Естественно, те ведомства чувствовали себя ущемленными и старались вырваться из-под влияния Минприроды России. У многих из них было ранее сложившееся лобби в Госдуме, и им удалось эту систему расшатать. Она рухнула.
- А что касается взаимодействия на местном уровне?
- Бывают разногласия, но прямого давления, чтобы меня вынуждали принять одно решение, а по закону надо было другое, такого не было.